Я только что посмотрел первые серии нового сериала «Преступление и наказание», и мои мысли полны хаоса. Кажется, создатели взяли классику Достоевского и адаптировали ее к современному миру.
Самый удивительный момент заключается в том, что главный герой — Родион Раскольников — не просто бедный студент, а велокурьер, развозя заказы по мрачным улицам современного города. Эта деталь кажется настолько странной, но в то же время гениальной.
С одной стороны, это полный разрыв шаблона, с другой стороны, эта профессия очень хорошо передает идею бедности, отчаяния и отчуждения в большом городе. Он так же одинок, задавлен системой и вынашивает свои «наполеоновские» идеи, но вместо старухи-процентщицы, скорее всего, будет какой-то алчный босс курьерского сервиса.
Читая, я еще не полностью понял свои эмоции, смешанные с раздражением. Однако одно ясно: это смелый и очень неоднозначный шаг. Сериал уже не отпускает, и я обязательно досмотрю, во что это выльется.
Новое прочтение, или как всё испортить
Это новое прочтение великого романа, в котором рассказывается о том, как нищий и гордый студент создает гениальную идею. Летом в Санкт-Петербурге в 1900 году студент Родион Раскольников страдает от нехватки денег, безработицы и мысли о том, что его существование не имеет смысла. Однако у него возникает идея.
Зрители были заранее подготовлены к этому решению, и мы знали об этом. Такой подход может помочь современным зрителям лучше понять классику.
Это решение Кинопоиска кажется попыткой удешевить все, а не новым прочтением. Ведь восстановление Петербурга XIX века намного дороже, чем реконструкция Петербурга XXI века. Не нужно слишком углубляться в костюмы, грим и декорации.
Хотя мы можем понять, если бы это было действительно обыграно, постановщики, похоже, решили не обращать внимания на этот вопрос. Вместо этого манера общения сильно портит впечатление.
В новой серии авторы пошли по пути смешивания: они объединили Достоевского с современным миром. В выпуске много цитат из оригинала и литературной и театральной речью, и это вычурно смотрится на фоне проезжающего мимо «Соляриса» или стоящих на улицах электросамокатов. Кроме того, в одном из эпизодов Раскольников вообще превращается в велокурьера с соответствующей ему сумкой доставки.
Перед зрителями создaется картина театральной постановки, где каждый актер нарочно немного переигрывает и общается в духе давно ушедшей эпохи, а на фоне их сопровождает современность. Все это чисто, стерильно и совершенно не гнетущее.
Ты не понимаешь, что происходит на экране, пока смотришь на эту бурю эмоций.
Кроме того, кажется, что персонажей не раскрыли, а характеры персонажей были полностью переписаны. Например, Раскольников, исполненный Иваном Янковским, был фриком из «Топей», но не бедным студентом, который пытается понять, что такое добро и зло. Вместо этого он ведет себя как истеричка с хронической паранойей и проблемами с психическим здоровьем. Иными словами, нам показывают вылитого шизофреника.
Другие воссозданные образы особенно смешны, особенно Марфа Петровна, контролируя людей одним взглядом, при этом сама по себе актриса не производит должного впечатления.
Серийное переосмысление «Преступления и наказания» с Раскольниковым в роли велокурьера производит странное впечатление, на первый взгляд, смелый ход, но гнетущая атмосфера оригинала теряется, когда главный герой в капюшоне и с рюкзаком мчит по городу, доставляя еду, теряется трагизм и душевная глубина Достоевского. Остается неудобным вопрос: это адаптация для нового времени или просто громкий тренд?
Мистика здесь оказалась не к месту
Поскольку почти со всеми героями происходит что-то странное и магическое, Мирзоев пытается углубиться в мистику, что стало второй большой проблемой сериала.
Тень (Черт), которую отлично сыграл Борис Хвошнянский, с первых минут захватывает внимание своей бесконечной харизмой, и каждое его появление добавляет сладости происходящему, но обидно только то, что он был единственным, кто смог зацепить внимание, становится главным движатeлем происходящей на экране бесовщине.
Как бы то ни было, такое решение кажется бессмысленным. Это не то произведение, для которого требуется вмешательство потусторонних сил.
Топор улетел в процентщицу, а должен был в оператора и монтажера
Но даже указанные вещи могли бы смягчить оценку, а некоторые вещи можно было бы и вовсе закрыть, понимая, что это совершенно свободный пересказ собственного мнения.
Оператор Матвей Ставицкий часто снимает неудачные кадры при слабом освещении, когда вы просто не видите лиц, не то, что все остальное. Пролеты камер вызывают вопросы, потому что иногда камера начинает двигаться неправильно, и вы просто теряетесь в кадре. Почему было необходимо снимать так много сцен с рук, если у вас не было денег на нормальный штатив?
Монтажные склейки только раздражают, особенно в первой серии, где все кажется безумным артхаусом, только Владимир Мирзоев не Ларс Фон Триер, и постоянное непонимание происходящего раздражает, как будто режиссер настолько решил «упороться», что сам потерял ту нить, которую старался проложить в течение всего хронометража, что никто из героев уже не понимает, что тут происходит.
Ситуация улучшается и повествование становится более последовательным в последующих эпизодах. Однако символические элементы всегда присутствуют, и они просто вызывают непонимание и неловкость, например, сцена с обнаженным Янковским на столе, которую уже все обсудили.
Очень интересно посмотреть на режиссерскую версию, которая не включает вырезанные эпизоды. Быть может, она могла бы все объяснить, а пока остаются только вопросы, которые не имеют ответов.
Таким образом, когда классику полностью отбрасывают, первые выпуски этого необыкновенного переосмысления оставляют странное впечатление, которое сочетает в себе удивление и удивление.
С другой стороны, концепция Раскольникова-курьера представляет собой яркую, почти кричащую метафору, которая сразу показывает его социальное дно, отчаяние и ту самую «теорию» о праве сильных, которая, вероятно, вытекает из неравенства и грязи городских улиц. Это дает новый, современный взгляд на историю.
С дрyгой остается ощущение, что это может быть просто дешевым трюком для хайпа. Главный вопрос заключается в том, хватит ли у авторов глубины, чтобы развить эту смелую идею? Смогут ли они сохранить дух Достоевского, его мучительные вопросы о совести и морали, или всё закончится поверхностным эпатажем?
Пока рано делать оценки. Сериал бросил дерзкий вызов зрителю. Стоит ли продолжать смотреть? Если вы хотите узнать, во что превратится эта безумная идея, и готовы к неожиданным интерпретациям, то да. Если вы хотите оставаться верным оригиналу, лучше перечитать книгу.
